Skip to content
 

Образа или образование?

Две однотипные новости, с предсказуемым общественным резонансом:

Президент России Дмитрий Медведев принял решение поддержать идею преподавания в школах России основ религиозной культуры и светской этики.

и

Мэр Москвы Юрий Лужков предложил проводить в школах уроки толерантности до тех пор, пока не исчезнут проявления национализма.

Отклики на новости, разумеется, строго полярные, и, как водится с любым общественным резонансом, – мимо кассы. В многолетнем бодании за изменение школьной программы в ту или иную сторону – введения христианской этики, уроков сексуального образования, толерантности и пр. – ни до кого не дошло, что такой проблемы нет. Не существует такой проблемы. И противоречия по этому вопросу в обществе тоже нет. А есть невнятность собственных целей, в результате которой стороны уподобляются алкашу из известного анекдота, который трёшник искал не там, где потерял, а там, где светлее. Не в первый, впрочем, раз.

А проблема-то лежит в двух логических шагах: мы (неважно сейчас, кто именно) хотим, чтобы образование наших детей соответствовало определённым критериям (неважно сейчас, каким именно). При этом мы отдаём себе отчёт, что у одной части нас могут быть критерии, непримиримо противоречащие критериям другой части нас. Столкновение атеистических и религиозных взглядов на образование – хороший пример подобного противоречия. Вывод: непротиворечиво соединить подобные требования в рамках одной системы невозможно. Значит, что? Значит, требуется разнообразие, способное удовлетворить разные варианты общественных требований. Либо – принуждение всех к единому среднему, но с этой темой – не ко мне.

Государство не в состоянии разрабатывать индивидуальные программы для каждой группы интересов. Доказательство я позволю себе опустить из-за его очевидности: подобных групп слишком много; требования групп динамичны; никто лучше самих этих  групп не знает собственного интереса. Значит, единственное решение – негосударственное образование.

Тут я позволю себе смелую мысль: негосударственного образования у нас нет. И не будет.

На шее частного образования сидит тот же самый кадавр, который сидит на плечах любого общественного начинания в нашей стране. Его поведение сводит все отличия частной школы от школы государственной к фикции – к вопросу о форме собственности или платности-бесплатности. Декларируя на уровне Конституции право выбора (и в образовании тоже), на уровне ведомств государство делает всё, чтобы никакого выбора не существовало. Исключений – единицы, и они не то что не способны обеспечить всё многообразие запросов, но даже повлиять на общественное мнение.

Цитаты от людей, работающих «на земле»:

Последний шедевр дубль-мышления — Московский закон о развитии образования, в котором прописаны все способы пресечения любых попыток живого и естественного развития образования. В первую очередь эти плоды административной идеи-фикс, конечно, направлены на окраску негосударственного образования в тот же самый нежно-крысиный цвет, которым испокон веку отличались наши казенные учреждения. (источник)

Свобода, которую провозгласили, разрешив открывать частные школы, закончилась, не начавшись. К [этому] моменту … «удавок на шее частного образования» по … подсчётам, было больше пятидесяти. С каждым годом давление этих удавок увеличивалось. … Сейчас, в 2003 году, можно с уверенностью утверждать: «Ряска сомкнулась надолго, нужно учиться дышать под водой». (источник)

Свобода выбора в образовании разрешила бы все мнимые противоречия, дала бы людям возможности выбора образовательных методик, режимов преподавания, воспитания в рамках любых взглядов и так далее. По всему свету работают католические школы, с очень высоким уровнем общего образования, – чем не вызов для православного активиста? Существуют школы с полным ученическим самоуправлением – чем не вызов для отечественного либерала?

И вот, вместо того, чтобы совместно бороться за своё право подавать к образовательному столу разнообразные блюда вместо монопольной государственной тюрьки, стороны поодиночке бьются за то, чем бы её, эту тюрьку, разнообразить: острым перчиком полового просвещения или постным маслицем закона Божьего. Занятие, несомненно, достойное человека и гражданина.

2 комментариев

  1. Фельдфебель:

    Он вольность хочет проповедать! Не слушаю, под суд, под суд!

Написать отзыв

CAPTCHA изображение
*