Skip to content
 

К 104-летию со дня рождения HMS Dreadnought

Морская серия, начало

«Дредноут»

Написал вчера, а вывесить получилось только сегодня. Нет у меня на работе доступа к серверу, на котором сидит блог.

Граждане любители морской старины! Поздравляю вас с 104-летием со дня рождения выдающегося корабля, английского «Дредноута»! В это день 1906 года он был спущен на воду. И ознаменовал собой новую эпоху в военном кораблестроении, а также старт самой большой гонки морских вооружений первой половины ХХ века. По моим представлениям, самой большой гонке этих вооружений за всю предшествовавшую «Дредноуту» историю военных флотов.

Что в нём было такого?

Самое главное – англичане решились, наконец, построить корабль по принципу «all big guns» – «все пушки большие».

Такая идея выдвигалась и раньше. Наш инженер Владимир Алексеевич Степанов ещё в 1884 году защитил проект эскадренного броненосца, вооружённого только крупнокалиберной артиллерией – в качестве дипломной работы по кораблестроительному отделению Николаевской морской академии. На его 10 000-тонном броненосце был один общий удлинённый барбет, внутри которого на сдвоенных станках стояли восемь 12-дюймовых пушек. Никакого вспомогательного калибра не было – только несколько десятков 47-миллиметровой противоминной «мелочи».

Вот вам и «all big guns»!

Говорят, проект опередил своё время. Что ж, может, и так. Очень похоже, что в первые годы ХХ века время, наконец, подошло. Потому что, да, первыми спустили на воду корабль новой концепции англичане, благодаря почти нечеловеческой энергии адмирала Фишера. Но американцы начали проектировать свой «Мичиган» раньше, чем англичане – «Дредноут» (который, кстати, был построен в сроки, рекордные даже для «продвинутого» британского кораблестроения). А в Штатах решение о закладке приняли на целых девять месяцев раньше, чем в Англии; зато потом Конгресс тянул с выделением денег, а строители были более медлительны, чем их английские коллеги.

«Мичиган» и его проекции

Американский пароход был меньше английского, он имел обычные уже тогда для броненосцев 17 000 т. И он был тихоходнее «Дредноута», его 18,5-узловая скорость, опять же, лишь равнялась скорости лучших на то время «преддредноутов». Зато американцы расположили восемь своих двенадцатидюймовок по линейно-возвышенной схеме: по две башни на носу и корме, в каждой из пар одна башня приподнята и может стрелять поверх другой. Самое экономное решение: четыре пушки могут стрелять вперёд, четыре – назад и все восемь – на борт. В конце концов к такой схеме пришли все страны.

Итак, американцы раньше заложили, англичане раньше построили. А спроектировал раньше – итальянец! Но об этом попозже. Сейчас ещё немного про «all big guns».

Где-то в начале 1880-х годов у кораблестроителей тех стран, где строились «настоящие» броненосцы, сложилась каноническая архитектура такого корабля: по одной двухорудийной башне главного калибра (обычно 12 дюймов) в носу и корме, плюс батарея вспомогательной артиллерии (от 6 до 16 пушек 6-дюймового калибра, иногда чуть большего или чуть меньшего), плюс многочисленная противоминная артиллерия от 37 до 75 мм. И эта архитектура продержалась почти до самого конца XIX века. Главный калибр должен был сокрушать броневой пояс противника, вспомогательный – громить не- или лекгобронированные оконечности и казематы, противоминные пушки – для отстрела миноносцев, которые тогда были маленькими, от 70 до 300 тонн.

Но вот в самом конце века наметилась тенденция значительно увеличивать калибр вспомогательной батареи, а либо заменять часть традиционного вспомогательного калибра более мощными пушками. Так, на наших черноморских броненосцах типа «Иоанн Златоуст» было 12 шестидюймовок, но – ещё четыре восьмидюймовки. А на балтийских «Андрее Первозванном» и «Императоре Павле I» шестидюймовки вообще уступили место 8-дм орудиям в количестве 14 штук.

А на английских «Нельсонах» – кстати, достроенных уже после «Дредноута», – вспомогательный калибр был уж совсем огромным – 234 мм. При том, что главный калибр оставался тем же – 305 мм.

Русский «преддредноут» «Андрей Первозванный». Снимок ниже – как раз его «увеличенный вспомогательный» калибр: на каждом борту по паре 8-дм пушек в носовой и кормовой бортовых башнях и ещё по три – в нижнем каземате.
Ну, а третий снимок – это «Агамемнон», систершип «Лорда Нельсона»

Вот такие корабли, как «Андрей Первозванный» и «Нельсон» – а подобное встречалось и у французов, и у японцев, и у других, – вот их и называют преддредноутами.

И что же, хорошо получилось? Да не совсем. Ясно, что пушки стали более мощными. Но зато крайне усложнилось управление стрельбой. Как тогда корректировали прицел после первых выстрелов? По всплескам от упавших у цели снарядов. А всплеск «вспомогательного» 234-мм снаряда мало чем отличался от всплеска 305-мм снаряда. Ведь наблюдать надо было с дистанции пять, восемь, а то и больше миль. То есть километров с пятнадцати.

Польза от меньшего веса, большего количества и большей скорострельности «второго главного» калибра оказалась меньше вреда, причиняемого управлению огнём, и без того процессу достаточно проблемному.

Плюс разная всё-таки дальнобойность, плюс необходимость хранения на корабле боезапаса, ЗИПа для разных артиллерийских систем… Принцип «all big guns» напрашивался…

На этот раз первым это почувствовал итальянец, я обещал о нём сказать. В 1902 году проект типа «все пушки большие» предложил главный кораблестроитель итальянского флота Умберто Куниберти. Его корабль водоизмещением 17 000 т (надо думать, речь идёт о стандартном водоизмещении, полное – на полторы-две тысячи больше) должен был нести аж 12 305-мм пушек (у «Дредноута» – 10). Правительство его родины сочло проект слишком дорогим и сразу от него отказалось. Тогда Куниберти опубликовал проект в… английском ежегоднике «Джейнс файтинг шипс»; его правительство ему это разрешило. Интересно, повлияла ли эта публикация на адмирала Фишера, или ему не нужны были никакие влияния?

В общем, итальянский «заход» не состоялся, и первым стал «Дредноут». Но принцип «all big guns» был не единственным новшеством, воплощённом в нём. Сей пароход был заметно, тысячи на 3-4 тонн, больше предшествовавших ему английских же броненосцев – при том, что они были очень немаленькими по сравнению с большинством своих зарубежных собратьев. Это не пустяк – это позволяло не жертвовать ни бронированием, ни скоростью.

А скорость у «Дредноута» была выдающаяся – 21 узел при типовых для того времени 17-18 узлах. И было так потому, что «Дредноут» стал первым линкором с паротурбинной силовой установкой. Все до этого ходили под поршневыми паровыми машинами. И какое-то время после этого тоже – те же американские «Мичиганы», а также первые германские дредноуты, «Позен» и «Нассау», которые и заложены были на пару лет позже английского чуда, – они имели поршневые машины. Правда, немцы не пожалели водоизмещения, почти сравнявшись здесь с «Дредноутом», и в результате на паровых машинах развивали на узел больше, чем «американцы». Но всё же на полтора узла меньше, чем «англичанин».

Немецкий «Нассау». Пушек много, но не очень-то рационально. Практика вновь и вновь доказывала, что главное – бортовой залп…

Надо сказать и о скорости несостоявшегося «итальянца». Куниберти назвал цифру 24 узла – вовсе непонятную, слишком большую. Как он собирался её получить? Мне не удалось найти сведений о том, какой тип силовой установки он собирался применить, поршневой или турбинный. Думаю, что поршневой, так как иначе информация как раз была бы широко известна. Но за счёт чего он рассчитывал получить эту воистину беспрецедентную скорость? Думаю, за счёт бронирования – такая тенденция в итальянском флоте нет-нет да и проявлялась. У них даже были броненосцы совсем без бортовой брони – огромнейшие корабли «Италия» и «Лепанто», крайне быстроходные для своего класса (18,5 узла в 1880 году!), с гигантскими 431-мм пушками. У них была довольно толстая броневая палуба, толстенные, почти полуметровые барбеты – и никакой защиты борта! И ведь для такого решения в своё время были приведены основания; вполне может быть, Куниберти руководствовался чем-то подобным.

А может, он имел в виду что-то такое, о чём я не имею представления.

Ну вот он, «Дредноут»

***

Итак, подведём итог. «Дредноут» стал революцией в военном кораблестроении, объединив в себе несколько новшеств, более или менее принципиальных. Расположу их в порядке приоритетности – разумеется, как она представляется лично мне:

Под адмиральским флагом…

– принцип «all big guns»;

– турбинная двигательная установка (как таковая);

– значительный прирост скорости хода (как следствие применения турбин);

– довольно значительное увеличение водоизмещения (как следствие, прежде всего, нежелания ухудшать броневую защиту корабля).

Фишер оказался удачливым провидцем. Много было экспериментов в военном кораблестроении, но очень немного – столь успешных. Этот оказался настолько успешным, что собственное имя «Дредноут» стало именем нарицательным.

Поздравляю всех с днём рождения «Дредноута»!

***

Ещё: про «Бисмарка» и «Белфаста»: 1, 2

4 комментариев

  1. Аноним:

    Для полноты картины можно только добавить, что само слово dreadnought означает «которому ничего не страшно». Вполне подходящее название для такого продвинутого агрегата.

  2. master:

    Это точно. Англы вообще любили давать своим аппаратам героические имена. Этот «Дредноут» был уже как минимум вторым, а до этого так назывался башенный пароход, почти монитор, «доклассической» эпохи, кажется, в середине 1860-х. А ещё были «Феарлесс», «Фьюриес»… У них, как и у многих, любили передавать имена старых кораблей новым. Думаю, эти геройские имена пошли со славных времён сэра Дрейка, вот уж этим ребятам наверняка нравились всякие «Глориесы», «Инфлексиблы» и «Корейджесы».

  3. А что это за устройства на многих кораблях?
    Какие ни будь кронштейны удерживающие противоминную сетку?
    http://denisator.ru/wtf.jpg

  4. master:

    Именно так. Брёвна на шарнирах, с такелажем для поворота в боевое плолжение, называются — выстрелы противоминных сетей. Знаю, что наши их снимали с кораблей в ходе Первой мировой. Во всяком случае, на Черноморском флоте.

Написать отзыв

CAPTCHA изображение
*