Skip to content
 

Продовольственная опасность

Дмитрий Медведев подписал доктрину продовольственной безопасности.

Чего-то неуютно мне стало.

Прежде всего, определение:

Продовольственная независимость Российской Федерации – устойчивое отечественное производство пищевых продуктов в объемах не меньше установленных пороговых значений его удельного веса в товарных ресурсах внутреннего рынка соответствующих продуктов.

По-русски это означает, что определённая правительством доля продуктов, реализуемых на рынке продовольствия, должна иметь отечественное происхождение. Какая именно доля, и каких продуктов?

Для оценки состояния продовольственной безопасности в качестве критерия определяется удельный вес отечественной сельскохозяйственной, рыбной продукции и продовольствия в общем объеме товарных ресурсов (с учетом переходящих запасов) внутреннего рынка соответствующих продуктов, имеющий пороговые значения в отношении:

зерна – не менее 95 процентов;
сахара – не менее 80 процентов;
растительного масла – не менее 80 процентов;
мяса и мясопродуктов (в пересчете на мясо) – не менее 85 процентов;
молока и молокопродуктов (в пересчете на молоко) – не менее 90 процентов;
рыбной продукции – не менее 80 процентов;
картофеля – не менее 95 процентов;
соли пищевой – не менее 85 процентов.

Позвольте, чего именно тут «безопасного»?

Мы видим, что по перечисленным пунктам планируется достичь почти полной самодостаточности. Методы, которыми это попытаются сделать, предсказуемы до зубной боли. Это стимулирование потребительского спроса, субсидии производителям, ввозные пошлины — словом, всё, чтобы граждане, приветствуя безопасность продовольственную, могли попрощаться с безопасностью собственного кармана.

Клич «поддержим отечественного производителя» хорош тогда, когда побуждает самих граждан на сознательные действия — пошёл и купил масло вологодское вместо новозеландского. Если же за этим кличем начинаются действия правительства, то для граждан он должен быть переведён на им понятный язык: «сейчас вы раскошелитись на то, на что мы считаем нужным вас раскошелить».

Ведь правительству неоткуда взять денег, кроме как от нас с вами. Во имя чего это делается?

В доктрине, в качестве угрозы, указываются колебания продовольственного рынка, вызванные различными причинами. Почему парировать эти угрозы должно правительство?

Любимый ответ — наш агрокомплекс нерентабелен, потому что а) плохой климат и б) правительства других стран субсидируют своих фермеров, так что с ними трудно конкурировать.

Ну и пусть субсидируют. Это что означает? Это означает, что хитрые бюрократы, там, за бугром, залезают в карман своим налогоплательщикам, чтобы их фермер мог продавать свою продукцию дешевле. То есть, там, за границей, чиновники нагибают людей, а в результате мы, тут, без малейших усилий с нашей стороны, получаем возможность покупать более дешёвую продукцию! Более дешёвую, чем произведённую у нас, заметьте, иначе наши продукты были бы конкурентноспособными и такого вопроса вообще бы не было. Ну и пусть там ишачат, нам что, жалко, что ли? Так ведь нет, надо сначала тарифами поднять цены, чтобы люди тут не смогли покупать по дешёвке, а затем ещё и начать раздавать малоимущим субсидии, так как рост цен на продовольствие скажется в первую очередь именно на них. Это называется — подкуп одних людей за счёт других. Это называется — изъятие денег из более продуктивных сфер в менее продуктивные. Это называется как угодно, но только не безопасность.

Тут вступает любимый аргумент «патриота» — война. Война, нам перекрыли продовольственный кран, далее следует подборка кадров из блокадного Ленинграда.

Хорошо, вот у нас продовольственная безопасность, как её понимает Медведев, даже круче — по всем пунктам полная самодостаточность, на сто процентов. И что, мы, гогоча как казаки, пишущие письмо султану, хаваем отборный окорок и бросаем кости через границу? Да ничего подобного. У нас — та же подборка кадров из блокадного Ленинграда. Потому что сельское хозяйство и пищевая промышленность — не замкнутые отрасли. Они зависят от химической промышленности, машиностроения, судостроения (про рыболовство не забыли?) и т.д. Открываю сайт государственного комитета по статистике. В 2007 году импорт продукции машиностроительной промышленности — 47,7%, продукции химической промышленности — 15,8%. Для того чтобы быть по-настоящему независимыми, нужно иметь независимость и в этих отраслях. По крайней мере, в той пропорции, в которой они обеспечивают нужды агропромышленного комплекса. А они, свою очередь, зависят от станкостроения, тяжёлого машиностроения и т.д. и т.п. А по другому и быть не может — вся экономика взаимосвязана.

Итого, чисто логически, чтобы быть «обезопашенными» по-медведевски, Россия должна сделать серьёзный шаг в сторону автаркии. Это, разумеется, голубая мечта всяких экономических невежд типа Паршева. Этот последний ухитрился даже закон Рикардо приспособить для оправдания изоляционизма. Это всё равно, что использовать закон Архимеда для доказательства того, что кусок пенопласта утонет. Рикардо доказал буквально на пальцах, что даже для страны, полностью проигрывающей по всем параметрам производительности другим странам, выгодна международная торговля. Потому что позволяет ей принять участие в международном разделении труда.

Преследование цели изоляции, пусть даже неполной, приведёт к резкому падению уровня жизни во всех её проявлениях, в том числе тех, которые касаются безопасности. Это всё равно, что человеку самому себе шить одежду, чинить машину, лечить зубы, стричь себя, снимать себе самому кино, всё это одновременно и не выпуская из рук дробовика — вокруг-то одни враги! Если же такую цель не преследовать, идея «продовольственной безопасности», применительно к войне, бессмысленна.

Это было одно соображение. Второе — это то, что сельское хозяйство и пищевая промышленность военного времени абсолютно непохожи на таковые мирного. Сильно ли помогло Советам развитие сельского хозяйства на территории Украины, Белоруссии и зернового пояса России, если всё это досталось немцам в первый же год войны? А сейчас ещё хуже — даже линии фронта может не быть. Химические комбинаты, производящие удобрения, машиностроительные заводы и нефтеперерабатывающие комбинаты могут жестоко пострадать в первые же часы войны вне зависимости от географического положения. И — привет, развитое сельское хозяйство. Поэтому сельское хозяйство и пищевая промышленность военного времени вообще не являются таковыми. Это, прежде всего резерв продовольствия, логистика его доставки по территории страны и кадровый и фондовый резерв, позволяющий максимально ускорить восстановление отрасли в случае благоприятного течения событий. В доктрине это есть, да вот только лучше было, если этим бы и ограничилось.

Насчёт климата — а наш фермер не знает, в каком климате живёт? Почему люди, живущие в Московской области, закладывая цокольный этаж при строительстве дома, делают гидроизоляцию? Почему утепляют фундамент? А, главное, почему они не требуют, чтобы это делало государство? И почему фермер, прекрасно зная климатические риски, не может резервировать часть средств на их парирование? Если это делает его труд нерентабельным, то простой отъём этих средств у одних граждан и передача ему не увеличивает общественного благосостояния. Это улучшает личное благосостояние фермера, ухудшая его у других людей. И не создаёт рабочего места — это иллюзия. Деньги, изъятые у общества на создание этого рабочего места, оплачивали бы другое рабочее место, теперь не существующее. А про искусственное создание рабочих мест и мнимую благотворность этих мероприятий написано столько, что добавить к этому просто нечего. Лучшая книга на эту тему — Генри Хазлитт, «Экономика за один урок», издательство «Вильямс».

Впрочем, как справедливо замечает обозреватель Ленты.ру, доктрина — это общие слова. Всё зависит от того, какие меры правительство действительно разработает в её рамках. Я, например, навскидку, вижу такие:

1) Массовое дорожное строительство. Сейчас средняя скорость перемещения грузов по стране — 300 км/сутки. Ресурс транспортных средств — на треть ниже, чем в Европе. Уберите эти издержки — вы не только фермерам поможете. Какой смысл иметь рекордные удои, и не иметь возможности вывезти молоко потребителю?

2) Массовая газификация там, где это целесообразно. Ну хоть с чем-то нам повезло, почему этим не пользоваться? Там где это нецелесообразно — максимальная стимуляция использования местных источников топлива. Под стимуляцией я понимаю создание (или адаптацию) типовых инженерных решений и методик их внедрения — с максимально свободным распространением информации. То есть работа скорее для проектного института, чем для ведомства. Правительство, если неймётся, пусть занимается координацией — здесь сланцы, там торф, тут ветер, за тем бугром — дрова; потребности такие-то — вперёд.

3) Удешевление индивидуального жилищного строительства путём отмены идиотских сертификаций, согласований и утверждений. Если опять неймётся, разработайте типовые решения в области ИЖС, использование типовых проектов согласованию подлежать не должно, получение бумажек — уведомительное. Распространение проектов — свободное. В ту же тему — льготное выделение земельных участков для ИЖС.

4) Снятие тарифов на ввоз сельскохозяйственной техники и оборудования пищевой промышленности. Чтобы максимально снизить производственные издержки и повысить уровень переработки сельхозпродукции на местах, особенно у мелких производителей: трактора, грануляторы кормов, мини-молокозаводы и мини-сыроварни, мини-пекарни, упаковочные линии и т.д. Ах, у вас в Усть-Пердяйске завод сельхозтехники по миру пойдёт? Не выдержит конкуренции? А сколько там народу работает? Несколько тысяч? А в сельском хозяйстве — сколько? Несколько миллионов? И почему это несколько тысяч должны держать за горло миллионы? Где безопасность-то?

5) Отмена обязательной сертификации продуктов питания. Уже? Не ожидал. Вероятно, случайность. На вопли идиотов «Нас перетравят!» не обращайте внимания. Идиотов — конечно, перетравят, и правильно сделают.

6) Всемерная информационная поддержка, извещение обо всех разработках, проводимых в данной области государственными учреждениями: новые научные методы в скотоводстве, земледелии, агрохимии, вышеупомянутые типовые решения и т.д. У вас Интернет есть, уникальная возможность опубликовать методику и тут же получить обратную связь от самого что ни на есть практика. Только это утопия ещё почище хороших дорог — и я это не про способности чиновничества в Интернете, а про способности всяких НИИ вести себя, как собака на сене. Сам не ам, и другому не дам, причём за деньги налогоплательщика.

Есть, конечно в доктрине и пункты про развитие инфраструктуры, и про научную и информационную поддержку.

Только общий тон другое впечатление создаёт. Кажется мне, что совсем другое будет принято. Что попёр в сельское хозяйство крупный финансовый интерес. И ему, интересу этому, развитие конкуренции и конкурентоспособности, на которые напирают предыдущие шесть пунктов, совсем ни к чему. А к чему ему — собственное становление, желательно за чужой счёт, и монопольные привилегии. Инструментами которого всегда были тарификации, сертификации и субсидирования. Чем всё и закончится.

13 комментариев

  1. master:

    Прочитал я Хазлитта. На мой взгляд, он в некоторых местах допускает вольности. В одном месте у него причина А вызывает следствие «а», а в другом — та же причина вызывает следствие «б», порою противоположное «а». Не знаю я, неаккуратность это или намерение. Или моё недопонимание.
    Но это пустяки. Главное, как мне кажется: он намертво изолирует экономику от остальной жизни. И тогда рассматривает. Всё равно что заниматься мотором, забыв про автомобиль и шофёра. Знаете, что тогда будет? Мотор, предельно эффективный с точки зрения цикла Карно. Но: орущий, как Ниагара; с температурой поверхности 350 град; без всяких регулировок, возможности управлять режимами; без установочных и присоединительных деталей; ну, и так далее.
    Разумеется, конструктору мотора надо как-то оконтуривать зону своей ответственности. Но совсем забывать, для чего мотор, нельзя.
    Вот так и Хазлитт. Может быть, его рецепты и сделают экономику максимально, предельно эффективной; только будет она ради самой себя. А придумано всё это, всё, что не так давно назвали экономикой, всё-таки ради обеспечения материальных основ существования человека.
    Всё то, что я здесь написал, довольно смутно, да? Я понимаю… Но, если писать как следует, надо книгу писать. А я хотел только хоть как-то обозначить направление моих сомнений.
    Вот и в этой статье Админа, по-моему, нет-нет, да и проскочит вот такая хазлиттовщинка. Такое абстрагирование ради максимальной эффективности.

  2. admin:

    Я прочитал твои пометки на полях, что ты в Хазлитте делал. Прошу прощения, но там нет ни одной состоятельной, я уже пишу письмо с разбором твоих замечаний. Только это не на этой неделе. Далее, экономику абстрагируешь именно ты, представляя её как придуманный с какой-то целью агрегат, предназначенный для какой-то цели и внешний по отношению к ней. Отсюда метафора с двигателем. Экономика не придумана, это процесс обмена между людьми товарами и услугами. И да, чем этот процесс эффективней, тем всем лучше.Ну кому плохо, если по твоему же определению, «обеспечение материальных основ существования человека» выполняется максимально эффективно?

  3. master:

    Начсёт пометок на полях Хазлитта — может, ты и прав. А может, дело просто в том, что это лишь пометки, их бы разъяснениями надо сопроводить, может, по-другому бы зазвучали.
    Слово «придумали» я употребил в переносном смысле, нечего придираться.
    А если серьёзно, то я считаю, что экономика начинается всё-таки с производства, а не с обмена. И для меня это важно, это определяет точку зрения, ракурс.
    А метафору с двигателем ты, похоже, не понял, или не принял, не знаю. В том и дело, что такой двигатель не может быть применён, не может принести пользу. Я говорю, что мне не нужна экономика, максимально эффективная с точки зрения «цикла Карно». А у Хазлитта я вижу именно такую. Он там пишет про сколько-то десятков тысяч чулочников, которые, после изобретения машины, в течение 40 лет (!) вместе с семьями влачили нищенское существование. И он не особо комплексует по этому поводу: зато чулков стало больше, и они стали дешевле. Вот это и есть «цикл Карно»: экономика эффективна, а уж люди как-нибудь… Или чулочники не люди? А ведь он против всяких общественных работ, искусственного (читай, целенаправленного, социально-предназначенного) создания рабочих мест. То есть: пусть подыхают.
    Да это просто невозможно сейчас. Может, в XIX веке допустимо было в развитой стране сознательно пустить по миру десятки тысяч человек и не париться. А сейчас элементарные электоральные соображения не позволят. И слава богу. Про мораль, социальную ответственность и прочая я не говорю.

  4. master:

    А по теме этого поста. У тебя есть какие-нибудь данные, как это дело обстоит у ведущих стран? Или продовольственная безопасность — чисто отечественная идея? Да ладно, как ни называй: как, скажем, к Штатов, у Швейцарии, Италии дела с самообеспечением сельхозпродукцией и средствами её переработки? Я не настаиваю, ясное дело, но, если есть, — покажи. Интересно и способствует более полноценному пониманию.

  5. admin:

    Опять ты увидел только то, что хотел увидеть. У него на следующей же строчке написано про то, что изобретение вязальной машины не уменьшило количество занятых в чулочной промышленности, а увеличило, ПЛЮС для этих людей и всех других эта же продукция стала дешевле. И что забота об архаичном способе производства, да, удержала бы доходы ручных вязальщиков ЗА СЧЁТ всех остальных людей, которые
    а) теперь смогли быть заняты в новой индустрии
    б) повысили уровень жизни за счёт удешевления продукции.
    А ведь и то и другое вместе и есть та самая поносимая тобой «эффективность за счёт других». У меня такое впечатление, что ты книгу не читал, хоть и все поля ей исписал. Повторяю её основную мысль: у любого вмешательства есть обратная сторона, не видная большинству. Эта невидимость позволяет выдвигать псевдоморальные претензии, основываясь лишь на видимой стороне, в то время как невидимая имеет большее значение. Ты озаботился доходами ручных вязальщиков, и, я так понимаю, с большим моральным удовлетворением отрегулировал бы развитие текстильной отрасли «социально и морально». Наплевав на всё остальное население Англии, где чулки в семье часто носили по очереди в силу дороговизны. Наплевав на тех, кто получил возможность зарабатывать в новой отрасли (а их было, мне щас некогда смотреть, но чуть ли не в десять раз больше). Их же не видно — пусть подыхают.

  6. admin:

    На 4. Поскольку статья не против безопасности, то не имеет значения, как обстоят дела в других странах. Я в этой живу. Если безопасность будут пытаться устраивать тарификациями, субсидиями и лицензированием — её не будет. По объективным, т.е. в данном случае, первичным по отношению к «морали, социальной ответственности и прочая» причинам.

  7. master:

    Что-то ты какой-то лютый. Ладно (5), это «научная дискуссия». А (6)? Я ж просто спросил, даже с некоторым заискиванием. От чего ты здесь-то отбиваешься? С чем я спорил? Что не так сказал, чтоб кулаками махать?

  8. admin:

    Я лютый потому что увидел любимую красную тряпку. Идею о том, что государство может быть инструментом морали. Весь двадцатый век прошёл в тени горы трупов, которую эта идея создала, и солнце что-то не спешит выходить. Прочитай ещё раз Политкорректность, кризис и свобода. Там на пальцах и по пунктам показана схема, почему так происходит.

  9. master:

    А раньше горы трупов создавали другие идеи. Горы были поменьше, но зато их было побольше. Не кажется ли тебе, что, когда люди определённого типа начинают бороться за мораль, обязательно получаются горы трупов? И, между прочим, и сейчас горы трупов создаются не только государственной моралерегулирующей функцией. Нет?
    Может, зря ты о трупах думаешь только применительно к государству? Может, пошире посмотреть?

  10. Piers Plowman:

    На (1) и (3). Если уж вам хочется сравнивать с двигателем, то уместнее будет такое сравнение: допустим, в вашей деревне издавна принято в моторное масло сыпать песок, в бензин добавлять куриный помет, а вместо антифриза заливать огуречный рассол. И ничего, ездиют. Приходится, правда, каждый день ремонтировать, но это ничего, мужики в деревне — золотые руки, все что хошь отремонтируют. Тут появляется Хазлитт, умник этакий, и начинает вам объяснять, как на самом деле работает двигатель, и что без песка и помета он будет работать гораздо лучше, и что вам же от этого чистая выгода — и уедете дальше, и на ремонт не будет уходить столько времени и денег. А вы ему отвечаете — не приемлю я эту вашу чистую физику в отрыве от жизни. А жизнь такова, что отец мой помет в бензин ложил, дед мой помет в бензин ложил, так что и я ложу и ложить буду. Ишь ты, помет не ложить. Был тут у нас один такой, который перестал помет ложить и песок сыпать, так евойная драндулетина с непривычки так газанула, что бабке Аксинье весь плетень начисто всмятку, до сих пор чинит. Так что вся эта ваша наука в отрыве от реальной жизни нам совсем даже ни к чему, благодарствуем-с.

  11. master:

    Отличная сатира. Это — ваш вариант аналогии, не возражаю. Только, простите, я бы был рад, если бы получил не новый вариант аналогии, а объяснение, в чём ошибочна моя мысль. Конкретно про двигатель. Скажите, вы действительно будете отрицать, что реальный двигатель в реальном тракторе — это компромисс между чистой физикой и некоторыми требованиями, вытекающими из назначения, особенностей эксплуатации и пр.? Ведь я имел в виду только это…

  12. Piers Plowman:

    Я и попытался объяснить при помощи аналогии. То, что хочет донести до нас Хазлитт — и есть устройство реального двигателя реального трактора, уже со всеми необходимыми компромиссами. Песок и помет в число необходимых компромиссов не входят, даже если у нас, дураков, без них не принято. Наличие песка в масле (который мы сами туда насыпали) — это не «особенность эксплуатации», с которой надо считаться. Это то, что препятствует нормальной эксплуатации, и от этого надо избавиться, если мы хотим использовать трактор оптимально и по назначению. Именно это Хазлитт и старается донести до читателя в течение всей книги. Но если у него это не получилось, у меня здесь вряд ли получится.

  13. master:

    Теперь ближе, спасибо. Вот, значит, в чём наше «моторное» разногласие. Вы считаете, что экономика по Хазлитту — это реальный двигатель, а я считаю, что «изолированно-идеальный». Штука в том, что я понял, что старается донести Хазлитт, но я с ним не согласен. Мне кажется, что кое-что из «песка» обусловлено не глупым вредным вмешательством, а самой средой, в которой и ради которой функционирует экономика.
    Но, конечно, в моём возрасте трудно сменить вИдение, прочтя одну книжку. Это я тоже понимаю.

Написать отзыв

CAPTCHA изображение
*